Гоголь Николай Васильевич
 VelChel.ru 
Биография
Хронология
Галерея
Семья
Герб рода Гоголей
Памятники Гоголю
Афоризмы Гоголя
Ревизор
Миргород
Мертвые души
Повести
Пьесы
Поэзия
Публицистика
О творчестве
· Аксаков К.С. Объяснение
  · Аксаков К.С. Несколько слов о поэме Гоголя: Похождения Чичикова, или мертвые души
  · Анненский И.Ф. Проблема гоголевского юмора
  · Анненский И.Ф. О формах фантастического у Гоголя
  · Анненский И.Ф. Художественный идеализм Гоголя
  · Анненский И.Ф. Эстетика «Мертвых душ» и ее наследье
  · Барбе д'Оревильи Ж.А. Николай Гоголь
Об авторе
Оглавление
Ссылки
 
Гоголь Николай Васильевич

О творчестве автора » Аксаков К.С. Объяснение

«Отечественные записки» выводят из моих слов (как? это им только известно), что мир есть искаженная Греция. Удивительно! Кажется, мысль о движении человечества вперед уже не новость.

«Отечественные записки» говорят, что я роман и повесть считаю искажением зпоса; ио вот, что я говорю в выноске, что поясняет удовлетворительно смутившие их слова:

«Романы и повести имеют свое значение, свое место в истории искусства поэзии; но пределы нашей статьи не позволяют нам распространяться об этом предмете и объяснить их необходимое явление, и вместе их мысль и степень их достоинства в области поэзии при ее историческом развитии».

Сверх того, кажется, рецензент слово эпос смешал совершенно с «Илиадой».

Вот еще странное обвинение: рецензент говорит, что будто бы я любовь к скорой езде называю субстанцией русского народа. Это буквально неправда: у меня есть выражение: субстанциональное чувство, что, надеюсь, не субстанция. - Потом и здесь рецензент не хотел понять, что я не просто о скорой езде говорю; по железной дороге едешь скорее, но не это любит русский человек. Он любит скорую езду со всей ее обстановкой, как она у нас бывает: русскую скорую езду, то есть тройку, «не хитрый дорожный снаряд», который не «железным схвачен винтом»; и ямщика, не в немецких ботфортах, а который «борода да рукавицы и сидит, черт знает на чем», - итак, вот какую русскую скорую езду, со всем ее живым образом, разумею я, - и в таком случае пускай страницы самого автора говорят за меня, пусть прочтут там, что такое эта русская езда и эта тройка.

Есть одно странное обстоятельство в рецензии: там выписываются из моей брошюрки, разумеется, отрывочно, иногда такие слова, которые сами опровергают рецензента; но, не смущаясь, продолжает он выводить далее, что ему угодно, так, что всякий подумает, что, верно, все остальное, им не выписанное, дает право ему так говорить. Вот пример, довольно любопытный.

Выписав слова мои, где я ставлю Гоголя с Гомером и Шекспиром в отношении к акту творчества, рецензент говорит, возражая мне:

«Акта творчества еще мало для поэта, чтобы имя его стало на ряду с именами Гомера и Шекспира» («Отечественные записки», Ќ 8, с. 50).

Но я именно говорю, что они стоят рядом только в отношении к акту творчества; и, основываясь на этом, нейду далее, ограничиваясь только актом творчества, который, по тому самому, что я в отношении к нему только ставлю Гоголя наравне с Гомером и Шекспиром, - считаю я, следовательно, недостаточным, чтобы имя первого поставить наряду с именами последних. Что ж после этого фраза рецензента? Куда она направлена? Первыми двумя словами выразил он всю мою мысль и говорит далее против вымышленного какого-то мнения {Если бы рецензент хотел в одно и то же время сохранить смысл мною сказанного и оборот своей фразы, он должен бы был сказать: равенство с Гомером и Шекспиром в отношении к акту творчества не дает еще права ставить наравне с Гомером и Шекспиром в отношении к акту творчества. - Фраза уничтожается сама собою.}.

Кажется, рецензент здесь запутался немного и, кажется, заметил это, назвав слова мои похожими на игру в эстетические каламбуры: ну, что касается до этого, то у всякого свое мнение; и мы не виноваты, что рецензент находит эстетические каламбуры там, где другие найдут другое.

Мы, признаемся, с любопытством смотрели, как смело искажались и почти изобретались нам приписываемые мысли; как, несмотря на выписку, говорилось именно то, что уничтожалось выпиской. Это показывает опытность в журнальном деле, которая во всяком случае удивительна {Впрочем, удивление наше разрешилось. В Ќ 9 «Отечественных записок» (с. 33) прочли мы следующее: «Попробуйте выдумать на кого угодно смешную нелепицу - все расхохочутся, и никто не захочет наводить справки, правду вы сказали или ложь» [3]. «Отечественные записки» намекают на другие журналы, но объясняют нам в то же время и самих себя.}.

Одно наше примечание, могущее бы очень во многом остановить рецензента, пропущено им, кажется, вовсе; вот оно:

Такие тесные пределы не позволяют нам сказать о многом, развить, многое и дать заранее полные объяснения на недоумения и вопросы, могущие возникнуть при чтении нашей статьи. Но надеемся, что они разрешатся сами собою».

Но у рецензента не было ни недоумений, ни вопросов; он сейчас решительно не понял, в чем дело.

Сравнение Чичикова с Ахиллом, полицмейстера с Агамемноном и пр<очее> принадлежит остроумию рецензента.

Рецензент говорит, что русский не может быть теперь мировым поэтом. Этот вопрос прямо соединяется с другим: надобно говорить о значении русской истории, современном всемирно-историческом значении России, о чем мы с петербургскими журналами говорить, конечно, не будем, но относительно чего могут быть написаны целые сочинения и книги, и тоже, конечно, не будем, но относительно чего могут быть написаны целые сочинения и книги, и тоже, конечно, уж не для петербургских журналистов.

Довольно. Возражение наше не полно, но оно и так пространнее, нежели мы хотели. Главное наше мнение сказано в брошюрке (которую мы здесь вновь готовы повторить от слова до слова), думаем, довольно понятно для тех, которые хотят или могут понять. - Брошюрка все брошюрка, не более, итак, мы оставляем все дальнейшие объяснения; если «Отечественные записки» вздумают (чего мы не предполагаем) возражать нам еще, мы отвечать ничего ни в каком случае не будем [4].

Остальная часть рецензии состоит из одних остроумных выходок, напр.: прибавление вносной русской частицы: де; выражение: дело, видите, вот как было; и пр<очее> в таком же роде.

Наконец прибавим только одно: мы с охотою выполняем желание «Отечественных записок» и уничтожаем те слова наши, в которых исключали их из кучи петербургских журналов. Напрасно, впрочем, так обиделись «Отечественные записки»; мы никогда, да и здесь не отделяли их вообще от других петербургских журналов, а сказали, что, может быть, придется их исключить в настоящем случае, и это исключение само собою уничтожается теперь. Скажем же ясно, что мы думаем и всегда думали о петербургских журналах: все эти несогласия мнений, все эти брани и междоусобия, все это - так, внешнее различие, разнообразие, - в сущности же дух и свойства всех петербургских журналов (не исключая, разумеется, «Отечественных записок») - совершенно одни и те же.

17 авг. 1842
Москва

Примечания

«Москвитянин», 1842, Ќ 9, Критика, с, 220-229.

[1] Имеется в виду рецензия Белинского (см.: Белинский В. Г. Полн. собр. соч., т. 6. М., 1955, с. 253-260).

[2] Намек на то, что Белинский не знал немецкого языка, но свободно владел французским.

[3] Цитата из статьи Белинского «Литературный разговор, подслушанный в книжной лавке» (см.: Белинский В. Г. Полн. собр. соч., т. 5, с. 352).

[4] На «Объяснение» К. Аксакова Белинский ответил статьею «Объяснение на объяснение по поводу поэмы Гоголя «Мертвые души», которая была помещена в «Отечественных записках», Ќ 11 (см.: Белинский В. Г. Полн. собр. соч., т. 6, с. 410-438). К. Аксаков отвечать на эту статью не стал.

Страница :    << 1 [2] > >
 
 
   © Copyright © 2018 Великие Люди  -  Николай Васильевич Гоголь